К.С. обратилась в суд с иском к К.В. о разделе общего имущества супругов. В обоснование иска указала, что до 2009 года состояла в браке с К.В. В период брака по договору купли-продажи была приобретена однокомнатная квартира. Данная квартира зарегистрирована на имя ответчика. Истец просила признать за ней и ответчиком право на Ѕ доли в праве собственности на спорную квартиру за каждым.
Решением районного суда, оставленным без изменения определением суда апелляционной инстанции, в удовлетворении иска отказано.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска К.С., суд первой инстанции исходил из того, что с момента расторжения брака между супругами в 2009 году и до обращения К.С. в суд с иском о разделе совместно нажитого в браке имущества (исковое заявление подано в суд в апреле 2013 года) прошло более трёх лет, то есть К.С. пропущен предусмотренный п. 7 ст. 38 СК РФ трёхгодичный срок исковой давности, что в силу п. 2 ст. 199 ГК РФ является основанием для отказа в иске. С данным выводом согласился суд апелляционной инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные постановления, дело направила на новое рассмотрении в суд первой инстанции, указав следующее.
Пунктом 7 ст. 38 СК РФ определено, что к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трёхлетний срок исковой давности.
В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
Как разъяснено в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. № 15 “О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака”, течение трёхлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст. 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).
Судом установлено, что спорная квартира приобретена в 2001 году, то есть в период брака К.С. и К.В.
Таким образом, в силу положений ст. 34 СК РФ данное имущество, как нажитое супругами во время брака, является общей совместной собственностью супругов.
При рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанций истец неоднократно указывала, что после расторжения брака с вопросом о разделе совместно нажитого имущества и выделе доли в праве собственности на спорное имущество не обращалась в связи с отсутствием такой необходимости.
Из представленного в суд первой инстанции письменного отзыва К.С. следует, что о нарушении своего права на закрепление за ней 1/2 доли в праве собственности на спорную квартиру она узнала лишь в сентябре 2012 года, когда ответчик отказался признавать за К.С. право собственности на долю в совместно нажитом в браке имуществе. Исковое заявление подано в суд в апреле 2013 года, то есть в пределах установленного п. 7 ст. 38 СК РФ срока исковой давности.
Однако суды первой и апелляционной инстанций срок исковой давности по заявленным требованиям о разделе общего имущества супругов исчисляли не с того дня, когда К.С. узнала или должна была узнать о нарушении своего права на общее имущество супругов в виде спорной квартиры, а с момента прекращения брака между сторонами, указав, что с момента прекращения брака К.С. знала как о наличии в собственности ответчика спорной квартиры, так и о своём праве на раздел этого имущества как совместно нажитого.
Вместе с тем указанный вывод противоречит приведённым выше нормам Семейного кодекса Российской Федерации и Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации.

Что то я не увидела на нашем форуме темы "консультация юриста"

Взыскать розничные кредиты с супругов-заемщиков, а самим заемщикам переложить кредитное бремя на спутника жизни стало значительно сложнее. Верховный суд на днях, по сути, отменил презумпцию совместной расплаты по долгам состоящих в браке партнеров. Банки готовятся ужесточать риски, советуя заемщикам, состоящим в браке, заранее заручаться письменным согласием партнера по ссудам от нескольких сотен тысяч рублей.

На днях Верховный суд опубликовал обзор судебной практики за первый квартал 2016 года, датированный 13 апреля. Из обзора следует, что при заключении одним из супругов договора займа (в том числе кредитного договора) долг по займу может быть признан общим лишь в случае, если он брался на семейные нужды. При этом бремя доказывания лежит на стороне, претендующей на распределение долга. До сих пор презюмировалось, что если кредит берет один из супругов, то он — на семейные нужды, и, как следствие, в случае невозврата ссуды отвечать по ней банк мог потребовать обоих супругов. Теперь эта презумпция, по сути, отменяется, и взыскать долг за счет имущества супругов будет существенно сложнее, считают участники банковского рынка. Обзор будет доведен до всех судов РФ, а это значит, что по аналогичным спорам они будут принимать схожие решения.

По оценкам банкиров, этот документ меняет сложившуюся практику. "Сейчас в рамках ст. 45 Семейного кодекса банк в случае неплатежа заемщика при обращении взыскания на его имущество может обратить взыскание на общее имущество супругов при получении займа на нужды семьи. Если же его недостаточно, то супруги несут солидарную ответственность имуществом каждого из них. Именно такая практика применятся банками при взыскании долгов по кредитам. Новая же позиция Верховного суда может изменить ситуацию",— считает заместитель руководителя юридического управления Челиндбанка Александр Баукен.

На сегодняшний день суды исходили из логики, что, пока не доказано обратное, все получаемые супругами займы берутся для нужд семьи, отмечает и юрист СДМ-банка Александр Голубев. "Я помню судебный спор, когда жена утверждала, что не знала о полученном супругом кредите наличными для его личного бизнеса на Кипре. Но так как она не смогла это незнание доказать, суд распределил обязанность по возврату кредита между супругами. Если бы такой спор возник после выхода обзора ВС, то перебросить часть кредитной нагрузки на супругу не удалось бы",— рассуждает он.

Такие ситуации очень распространены. "Был у меня в практике случай, когда клиент взял кредит на 1 млн руб., купил автомобиль и подарил подруге. Жена была не в курсе. И при разделе имуществе, когда делятся не только приобретенные в браке права, но и обязательства, муж пытался переложить на жену обязательства по кредиту",— говорит юрист Московской коллегии адвокатов "Николаев и партнеры" Тамилла Сакварелидзе. Или была ситуация, когда супруга взяла кредит на приобретение путевки мужу для отдыха. После возврата из отпуска муж подал на развод, не намереваясь гасить долг по кредиту, взятому не им, но для него. "Было и такое,— продолжает она.— Муж получил в наследство квартиру, о которой не сообщил супруге, сделал в ней ремонт в кредит, обязательства же по кредиту при разводе хотел переложить на супругу".

Изменение практики взыскания долгов в описанных ситуациях сопряжено для банков с ростом рисков по кредитам, при выдаче которых обычно не требуется письменное согласие супруга. Сейчас банки заручаются им в основном при выдаче ипотеки. Таким образом, под риском автокредиты и необеспеченные потребительские ссуды. "Доказать, например, что машина была куплена заемщиком для семейных целей, не всегда возможно",— отмечает заместитель директора департамента проблемных активов ВТБ 24 Владислав Котельников. Чтобы нивелировать риски, банки готовятся ужесточить контроль за ними, а именно вводить требование для заемщиков предоставлять согласие супругов на получение кредита. "В этом случае, как и с ипотекой сейчас, обязанность по возврату ляжет на обоих супругов",— отмечает Александр Голубев. По оценкам экспертов, новый подход может затруднить получение ссуд. При этом в первую очередь требование о предоставлении согласия супруга банкиры планируют вводить по автокредитам как по самым крупным из находящихся под риском ссуд. "Думаю, в будущем все автокредиты будут выдаваться лишь с согласия супруги",— отметил Владислав Котельников. По другим кредитам, согласия супруга банки будут требовать, скорее всего, избирательно. "Думаю, банки определят критерии существенности, при которых согласие супруга будет обязательно, например, по необеспеченным ссудам от 500 тыс. руб.",— отметил Александр Голубев. Наиболее крупные из необеспеченных ссуд — кредиты наличными. В большинстве банков максимальная сумма по такому кредиту составляет от 750 тыс. до 3 млн руб. А вот по потребительским кредитам на покупку товаров в торговых сетях (POS-кредиты) согласие, скорее всего, запрашивать не будут. "Из-за незначительности суммы: например, максимальная сумма по потребкредиту в нашем банке составляет 250 тыс. руб.",— считает вице-президент "Ренессанс Кредита" Сергей Васильев. По данным Frank Research по итогам 2015 года, совокупный объем портфеля автокредитов российских банков составил 756 млрд руб., объем карточных кредитов — 1,3 трлн руб., кредитов наличными — 4,51 трлн руб., POS-кредитов — 199 млрд руб.

Вероника Горячева

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ № 5-КГ14-160

По требованию о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, [b]срок исковой давности исчисляется с момента, когда бывшему супругу стало известно о нарушении своего права на общее имущество.[/b]

Обзор судебной практики ВС РФ № 2 за 2015 г.

Пусть хоть пятнадцать лет , хоть тридцать прошло после развода, - все равно судитесь и будет вам щястье))

Приличные люди в таких случаях публикуют пруфлинки.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РФ от 05 декабря 2023 г. по иску об истребовании имущества (в том числе 12-го айфона) бывшим сожителем у бывшей сожительницы и взыскании с неё денег за ремонт её квартиры.

Не прокатило.

Бывшая супруга обратилась в суд с иском к бывшему мужу о разделе совместно нажитого имущества. Она пояснила, что в период брака ими были приобретены квартира и машина. Кроме того, истец полагает, что разделу между супругами подлежат единовременное пособие в размере 2 000 000 рублей, выплаченное бывшему мужу на основании приказа УМВД России в связи с утратой трудоспособности и получением инвалидности по военной травме, выплата в размере 872 103 рублей, а также возмещение ущерба в размере 899 400 рублей.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены частично. Он исходил из того, что раздел спорной квартиры между супругами произведен, ввиду того, что изначально супруги приобрели квартиру в общую долевую собственность. Это отражено в договоре купли-продажи, поэтому дополнительно производить раздел квартиры не требуется.

За ответчиком признано право собственности на автомобиль. С него в пользу истца взыскана денежная компенсация в размере половины стоимости автомобиля.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Апелляционным определением решение суда первой инстанции отменено в части отказа истцу в удовлетворении исковых требований о разделе выплат и долговых обязательств, взысканных по решению суда.

В указанной части принято новое решение, которым иск удовлетворен. Выплата при травме сотруднику полиции и компенсация были признаны совместным имуществом, с ответчика взыскана сумма в размере 1 436 051 рублей. Признаны общими обязательствами долговые обязательства по решению суда о взыскании в пользу ответчика 899 400 рублей в счет возмещения ущерба.

В остальной части решение суда оставлено без изменения.

Определением кассационного суда апелляционное определение оставлено без изменения.

Суды ошибочно признали выплату при травме сотруднику полиции совместно нажитым имуществом и разделили при разводе
Верховный суд апелляционное и кассационное определение в части отмены решения суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований о разделе единовременного пособия в размере 2 000 000 рублей и принятия в указанной части нового решения об удовлетворении иска, отменил с направлением в указанной части на новое апелляционное рассмотрение. Он отметил, что выплата при травме сотруднику полиции не является формой компенсации утраченного денежного содержания сотрудника. Она имеет специальное целевое назначение — реализацию конституционной публично-правовой обязанности государства по материальной и моральной поддержке сотрудников полиции, пострадавших при исполнении служебных обязанностей.

Соответственно, такая выплата является индивидуально-определенной и носит целевой характер. Поэтому не входит в состав совместно нажитого супругами имущества, подлежащего разделу при расторжении брака.

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции не имелось правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований в части включения в состав совместно нажитого имущества супругов единовременного денежного пособия в размере 2 000 000 рублей, выплаченного ответчику в связи с получением им увечья. Кассационный суд допущенные судом апелляционной инстанции нарушения не исправил.

Определение Верховного суда Российской Федерации от 21.03.2023 г. № 25-КГ22-8-К4